Голос блокады: как в тёмное время жили светлые люди

Виктор Скворцов родился 25 июня 1938 года в городе Кронштадт Ленинградской области, где, к сожалению, война и застала их семьёй. В голодные и тяжёлые времена они выжили только благодаря тому, что мама Виктора Владимировича, Ефросинья Искунова, работала в госпитале, где выдавали хорошие пайки – хлеб, консервы. Помимо этого они варили кисель из переплётов книг, бульон из кожаных ремней.

Безусловно, блокадные времена, да и сама война, были страшным временем. Однако последствия тоже оставляли свой неизгладимый след: к примеру, поезд, в котором везли всех эвакуированных блокадников, о чём, конечно, знала вся страна. Люди не были равнодушны и на каждой станции выходили встречать поезд и передавали еду, которую, по иронии, блокадникам есть было нельзя. После длительного голодания ослабший организм просто не выдерживал, и люди гибли, наедаясь, от заворота кишок.

В том, что Виктор Скворцов со своей семьёй выжил после такого трудного пути, опять же нужно быть благодарным Ефросинье Павловне, которая запрещала много кушать. Она была тем человеком, кто даже в трудные времена не забывал заботиться о дорогих людях и ставил их благополучие на первый план, несмотря на то, что сама понесла тяжелую потерю, когда её супруг, Владимир Скворцов, погиб на фронте ещё в 1942 году.

После окончания блокады Скворцовых вывезли в Чкаловскую область, ныне Оренбургскую, спустя время они вернулись обратно в Крондштат, но уже, к сожалению, не попав в свою квартиру, ведь её отдали офицерской семье. А после вновь переехали, по иронии, почти в то же место, куда их когда-то эвакуировали, и прожили много лет уже в Акъяре.

Эти воспоминания, переданные Виктором Владимировичем своей дочери, навсегда врезались в душу ребёнка. Нина Скворцова рассказывает: «Я не понимала, почему он плакал, когда смотрел военные фильмы, ведь это же просто кино! А потом пришло понимание, что слишком жуткая была правда, а на экране все не покажешь...» Блокада оставила неизгладимый след на его привычках и характере. Нина Викторовна вспоминает, что у её отца всегда было бережное и тёплое отношение к хлебу: после себя он никогда не оставлял даже крошки, потому что как никто другой знал им цену.

Но, несмотря на пережитые в детстве тяготы, Виктор Скворцов был очень весёлым и жизнерадостным человеком. Он окончил школу и в 16 лет, вступил в ряды Коммунистической партии в 1954 году и пошёл работать на Кронштадтский морской завод ордена Ленина учеником столяра. После стал столяром-техником, был зачислен матросом 1 класса и, уже работая, поступил в Ленинградский строительно-архитектурный техникум, который окончил по специальности техник-строитель.

С этого момента началась его карьера в строительной деятельности на Киришском нефтеперерабатывающем заводе, где он уже вырос от мастера до прораба. В это же время, это около 1970-х годов, он познакомился со своей супругой, Алла Мацкевич. И так как по работе его отправляли в разные места, где не хватало строителей, география их переездов сильно расширилась.

В 1982 году они уже переехали в Акъяр, где его назначили главным инженером общества Передвижной механизированной колонны, то есть строительной организацией, выполняющей монтажные и ремонтные работы, где он проработал долгое время, потом и возглавил этот ПМК, а в 1985 году ушёл в Башэнерго.

Алла Алексеевна работала технологом пищевой промышленности, на момент знакомства с Виктором Владимировичем она была инженером по технике безопасности. Конечно, как два руководителя они являли собой два стержня и сильных характера, но уживаться всё равно получалось, несмотря ни на что.

В Акъяре семейная чета обосновалась окончательно, когда Нина Скворцова пошла в местную школу. С детства она так же, как и родители, активно участвовала в общественной жизни, в делах партии – была председателем Совета отряда и членом Совета дружины. Особенно запомнились праздники, которые по линии партии всегда организовывались очень красочно и хорошо: «Мы всегда ждали эти демонстрации и парады, когда люди ходили с транспарантами, довольные и нарядные, с красными бантами и ленточками. Отец сажал меня на шею, в руках я держала шарики и бумажные цветы, – ну что ещё ребёнку нужно было для счастья, - и мы топали в толпе счастливых людей, которые просто радовались празднику и были рады принять в нём участие».

Она вспоминает, что отец научил её очень многому: например, водить машину, рыбачить, правильно управляться с домашними делами. После работы на военно-морском заводе у Виктора Владимировича осталась полезная привычка: для ремонта чего-либо нужна была только отвёртка, руки и какая-нибудь тара, куда можно сложить запчасти. После рождения у Нины дочери, Руфины, все эти «лавры» перешли уже ей: они ездили вместе в сады с ночёвкой, ходили на речку.

В целом, человеком он был очень терпеливым и дотошным, мог разоьраться с любой техникой от машины до каких-то предметов быта. Люди в районе помнят его, как интеллигентного и начитанного, который всегда восхищал своей добротой и отзывчивостью. Нина Скворцова смеётся, говоря, что для неё такой папа, который носил сумки, подвозил на учёбу или просто к друзьям в гости, было нормой, а кто-то, смотря со стороны, считал это редкостью.

У Виктора Владимировича было много друзей. Они общались очень тесно, семьями, часто справляли вместе праздники или просто собирались большой, шумной компанией, пели песни  и хорошо проводили время.

Поскольку он был жителем блокадного Ленинграда, его часто приглашали на встречи в школы, библиотеки, мероприятия республиканского уровня, а также на различные памятные даты и юбилеи, к примеру, годовщину блокады и великий праздник Девятого мая. Нина Викторовна отмечает, что приятно, когда человека со сложной судьбой не забывают: «Его просили рассказать детишкам о тех временах, о войне, о блокаде, но он не любил об этом говорить, поэтому в основном шутил, заверяя, что сейчас всем живётся намного лучше, чем было раньше – тяжелее, голоднее, - но, тем не менее, тогда людей это не сломило. Наоборот, они сплотились, что-то вместе строили, к чему-то шли. Он вдохновлял детей этой теплотой и надеждой на то, что даже в самое тёмное время, всегда можно найти лучик света в ком-то другом или внутри себя».

Нина Скворцова вспоминает, что всегда с нетерпением ждала отца с подобных мероприятий, потому что иногда там вручали подарочные корзинки, где были крупы, вода, шоколадки, конфеты, сахар, сгущёнка и много других приятных и полезных сюрпризов. Одна из таких корзин даже до сих пор сохранилась, при том, что её отца, к сожалению, нет в живых уже шесть лет. «Так и получается, что человек ушёл, но остались его документы, вещи, награды и, самое главное, воспоминания о нём», - говорит она.

Сама Нина Скворцова по профессии не пошла ни по маминым, ни по папиным стопам, - она юрист, в основном работает в сфере добывающей и перерабатывающей промышленности, а её супруг, Виктор Алексеев, - механик. Однако в какие-то года они, так или иначе, были связаны и со строительной областью, и со сферой общественного питания, поэтому всё равно получается, что как бы то ни было, корни берут своё, и где-то прошлое пересекается с настоящим.

Они проживают в Сибае, у четы трое детей: старшая дочь, Руфина, уже замужем, живёт и работает в городе Магнитогорск на металлургическом комбинате, сын, Миша, учится в третьем классе, а младшая дочь, Фаина, в выпускной группе детского сада и в этом году уже пойдёт в первый класс.

«Такая вот у нас семья! – говорит Нина Скворцова. – Несмотря на тяжёлую судьбу, я считаю, что наша жизнь всё равно была полна счастья и полезного опыта, без которого, возможно, мы бы и не могли сейчас быть такими, какие есть».

Рада РОДИНА

Фото из семейного архива Скворцовой Н.В.