Полз к своим 17 километров. Ветеран СВО рассказал свою историю спасения

Потусторонняя маскировка

До службы в армии жизнь Максима была спокойной и… сытой. В юности он увлекся кулинарией, сдал экстерном экзамены и в 18 лет начал работать поваром в кафе. Туда ему и принесли повестку из военкомата. Осенью 1999 года парня определили во внутренние войска.

«Нас гоняли – мама не горюй, – рассказывает Максим. – Каждую неделю – стрельбы, кросс, по два раза в день – физподготовка. Учили стрелять из пулеметов, гранатометов, словно мы не зеков будем охранять, а на войну поедем. В конечном итоге так и оказалось».

В декабре 1999 года была объявлена контртеррористическая операция в Чечне, и роту Максима отправили на Северный Кавказ. Там по подземным катакомбам, лесам перемещались целые банды. Днем – мирные люди, а ночью — вдруг, откуда не возьмись под боком появлялись целые бандподразделения с минометами.

Командир приказал срочно отбить железнодорожную станцию Червленая-Узловая, где окопались примерно 150 человек. Юные бойцы, вчерашние школьники, действовали, как их учили: подкрались, обложили станцию со всех сторон и навалились — из всех стволов. Опытные наемники с потерями отступили, как оказалось потом — недалеко.

«Я работал пулеметом, и после этого боя сослуживцы дали мне позывной Кладбище. Кстати, в зоне СВО меня звали по рации Могила. Вот такая у меня потусторонняя маскировка. Сын тоже отправился воевать. У него позывной — Гроб. Видно, не похожи Кладовы на Микки Маусов», — посмеивается мужчина.

Он относится к этому с легким юмором, но очевидно, что было совсем не смешно. Один только факт – через месяц после службы в Чечне он похудел со 102 кг до 56! Форма, по его словам, висела, как на вешалке. Хотя мужчина все сводит на неважное продовольственное снабжение в те годы.

Втайне от семьи

На Кавказе Максим провел два месяца. Вспоминает, что после возвращения домой работодатели, увидев ветеранское удостоверение, один за другим отказывали в трудоустройстве, опасаясь, что у него ПТСР (посттравматическое стрессовое расстройство). Пришлось долго объяснять, что с психикой все в порядке.

Жизнь вошла в спокойное русло. Максим женился, стал отцом четверых детей. Устроился в нефтепроводное управление, и проработал там охранником больше 15 лет. Затем ушел на местную птицефабрику слесарем.

После начала спецоперации у Кладова погиб сначала один, потом второй друг. Приезжали знакомые военные и рассказали, как там не хватает опытных бойцов.

«У погибшего друга было восемь детей, — продолжил Кладов. — И это вкупе с новостями про уничтожение мирных людей на Донбассе переполнило мою чашу терпения. Я тайком от семьи прошел медкомиссию и в конце 2024 года подписал контракт с Минобороны РФ».

Максим оказался в Шахтерске под Авдеевкой. По его словам, кормили очень хорошо, медикаменты, амуниция, все имелось, но боевые действия очень отличались от тех, что были в Чечне. Там бились рота на роту, с партизанами, использовали артиллерию, воздушную разведку. А здесь — полноценная армия НАТО с обороной в три эшелона. На штурм ходили «двойками» и «тройками».

«Не как в боевиках»

Как-то ночью Максима с двумя товарищами отправили за 20 километров к окраинам Авдеевки. Благодаря опыту на Кавказе он снял несколько растяжек с минами.

«В небе повисали дроны, сзади нас появились первые раненые, — вспоминает ветеран. — Вскоре командир приказал по рации разобраться с двумя блиндажами. Первый я забросал гранатами, а из второго выскочил какой-то отмороженный и открыл по мне огонь. Ребята его ликвидировали, а мне пробило таз, и второго тоже ранило».

Перетаскивая друг друга, раненые поползли к своим. На второй день над ними завис дрон и сбросила снаряд. Максима ранило еще и в ребра. В таком состоянии в общей сложности пришлось проползти 17 километров. Их заметили и эвакуировали лишь на третий день».

«Я помню военные боевики, в том числе американские, — говорит мужчина. — В жизни все не так, не те диалоги, не такие перестрелки. Даже гранаты взрываются по-другому, без огня. Просто хлопок, тишина и истошные крики».

В середине февраля 2024 года армия России полностью освободила Авдеевку, а 30-й отдельной мотострелковой бригаде, где служил Кладов, было присвоено звание «гвардейской», а потому значок «Гвардия» всегда на его груди. Больше никаких наград не носит.

Выжил солдат чудом. «Заработал» остеомелит, перенес 4 операции. Пока готовится еще к одной — таксует. Считает, что должен нести деньги в дом, даже в таком состоянии.

О том, что так сложилась его вторая военная кампания, не жалеет. В школах детям рассказывает, почему важно любить свою страну даже в период испытаний, как готовить себя к армии.

«Не знаю, как сложится, если долечат, снова поеду на СВО, — уверенно говорит он.

Источник: https://ufa.aif.ru/politic/person/polz-k-svoim-17-kilometrov-veteran-svo-rasskazal-svoyu-istoriyu-spaseniya